Разбор защитной анатомии — и почему она начинает работать всерьёз, когда в доме появляется вторая собака
Когда две собаки играют по-настоящему, со стороны это выглядит довольно грубо. Хаски и малинуа у меня возятся по многу раз в день, и в этой возне регулярно происходит следующее: один берёт морду другого полной пастью, захватывая и часть головы; оба отталкиваются лапами с крупными когтями; в борьбе они двигаются и часто врезаются в углы мебели, в дверные откосы, в кусты с торчащими ветками во дворе.
Всё это происходит в нескольких сантиметрах от глаз партнёра. И ни разу за четыре месяца никто никому глаз не повредил.
Я долго смотрел на это и в какой-то момент понял: дело не в том, насколько аккуратны собаки — а в том, как устроена глазница.
Две ступени защиты
Первая — костная. Надбровные дуги и край орбиты работают как бампер. Коготь, клык или ветка, идущие к морде сбоку или сверху, встречают кость раньше, чем глазное яблоко. Собака при этом может ничего не делать: защита срабатывает сама.
Вторая — интереснее. При глубокой посадке собака способна убрать глаз — зажмуриться так, что яблоко уходит под костный край и веко. Это активное действие, и на него есть доли секунды, которых обычно хватает: приближающийся объект собака видит.
Именно вторая ступень объясняет, почему возня двух здоровых собак так редко заканчивается травмой. Не потому, что они осторожны — они как раз неосторожны. А потому, что в нужный момент глаз есть куда спрятать.
Выпуклый глаз прятать некуда
А теперь то же самое, но у собаки с мелкой орбитой и глазом, выступающим за профиль черепа.
Первая ступень работает хуже: костный край выражен слабо, бампера почти нет.
Вторая не работает вовсе. Собака жмурится, веко закрывает поверхность — но само яблоко по-прежнему выступает за линию кости. Прятать его некуда, потому что орбита слишком мелкая.
То есть теряется не половина защиты, а обе сразу.
Как получилось, что у одних есть, а у других нет
Умеренно глубокая орбита с выраженным костным краем — это исходное состояние, к которому ведёт естественный отбор. Логика простая: особь с уязвимым глазом чаще его теряет, а одноглазый хищник хуже охотится и хуже выживает. Признак выбраковывается сам, без чьего-либо участия.
Рабочая селекция этот дефолт сохраняет. Не потому, что заводчики думали о глазницах, а потому, что рабочей собаке нужен целый глаз: травмированный или потерянный выводит её из работы. Пресс тот же, что в природе, просто продолженный человеком.
Декоративная и выставочная селекция этот пресс снимает. Глаз начинают оценивать по выразительности, размеру, «открытости взгляда» — и признак дрейфует в сторону мелкой орбиты и выступающего яблока. Никто не выводил уязвимый глаз намеренно. Просто перестали за него наказывать.
Это, кстати, общее правило, и глазница тут лишь один пример. Сложные признаки не ломаются запретом — они рассыпаются от невнимания.
Крайний случай
У брахицефальных пород — с короткой широкой мордой — процесс дошёл до предела, и это уже область ветеринарии.
Там сходится всё сразу: мелкая и неполная костная орбита, выступающее положение глазного яблока, короткие глазодвигательные мышцы и широкая глазная щель при слабом смыкании век. Результат известен: у брахицефальных пород достаточно даже лёгкого удара или давления в области виска, чтобы глазное яблоко вышло за пределы глазницы.
Причём порог настолько низкий, что у собак этой группы риска выпадение глаза происходит без особых усилий, а иногда и вовсе при неправильной фиксации. То есть неудачно взяли на руки — и уже беда.
Помимо брахицефалов в группе риска называют и породы с неглубокой орбитой при нормальной длине морды — шпицев, чихуахуа.
Если такое случилось — это неотложное состояние, и ехать к врачу надо немедленно, счёт идёт на часы.
А теперь главное
Вот вывод, к которому я пришёл, глядя на своих, и он, по-моему, неочевиден.
Опасность создаёт не среда, а вторая собака.
Собака, живущая одна в квартире, находится в мире, который человек более-менее обезопасил: острых веток нет, других собак нет, всё предсказуемо. Уязвимый глаз в таких условиях может спокойно дожить до старости, и владелец никогда не узнает, что анатомия у его собаки рискованная.
Но собачья игра — это контактный спорт, где когти и зубы работают вплотную к морде партнёра. Она возвращает ровно тот тип нагрузки, под который защищённая орбита и затачивалась.
Поэтому две собаки в доме — это не удвоение забот. Это качественно другая среда: появляется угроза, которой у одиночки нет вовсе.
Что с этим делать практически
Если берёте вторую собаку — посмотрите на глаза обеих. Не на породу, а именно на глаза: насколько яблоко выступает за профиль черепа, насколько выражен костный край. Это видно невооружённым глазом, за минуту.
Если у одной из собак глаз выступающий — стоит понимать, что контактная возня для неё несёт риск, которого нет у собаки с нормальной орбитой. Совсем запрещать игру не нужно, но игры с захватом морды и головы лучше не поощрять и прерывать раньше, чем у пары с защищёнными глазами.
Если в паре обе с выступающими глазами — риск складывается, а не усредняется.
И общее. Мелкая орбита — не порок, с которым надо что-то делать. Это данность, которую надо учитывать при выборе условий содержания. Собака про свою анатомию не знает и будет играть так, как играется.
Честно о статусе сказанного
Механизм здесь анатомический и вполне понятный, ветеринарные факты о брахицефалах — установленные и общеизвестные.
А вот практический вывод про вторую собаку — это моё рассуждение, а не статистика. Мне не встречались исследования, которые сравнивали бы частоту глазных травм у одиночных собак и у живущих в паре. Логика кажется мне убедительной, но проверенной цифрами я её назвать не могу.
И ещё: у моих собак с этим всё в порядке. Хаски северного типа и нормально сложённый малинуа — обе с хорошо защищённым глазом, и конкретно эта пара по глазам благополучна. Наблюдение родилось не из проблемы, а из понимания, почему проблемы нет.
Иногда так и бывает: замечаешь работающий механизм именно потому, что он ни разу не подвёл.
Это заметка из дневника наблюдений за нашей стаей. О том, кто здесь пишет и откуда взялся этот интерес, — на странице об авторе.